В Сургутском районе по механизму КРТ строят дома заметно меньшей этажности и плотности, чем в самом Сургуте. Этот опыт показывает, что комплексное развитие территории вовсе не обязательно должно превращаться в гигантские жилые комплексы, хотя вопрос школ, детских садов и другой социальной инфраструктуры остается открытым.
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, почему в Барсово, Солнечном и Белом Яру можно строить небольшие жилые дома, чем такой подход отличается от сургутской застройки, куда из КРТ исчезли обещанные школы и детсады, и почему городу стоит ориентироваться на малоэтажное жилье и более разнообразную социальную среду.
Дмитрий Щеглов: Комплексное развитие территорий продолжает шагать по Югре. Недавно губернатор Руслан Кухарук побывал в Сургутском районе, и там глава района Андрей Трубецкой показывал ему, как развивается КРТ на территории Сургутского района. И есть о чем поговорить нам, сургутянам, особенно. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега, журналист Тарас Самборский, на связи. Тарас, привет!
Тарас Самборский: Привет, Дима, привет всем.
Д.Щ.: Давай я приведу несколько примеров того, что там входит в КРТ. Например, в Барсово на улицах Обской и Кубанской строят два дома по 63 квартиры. Потом будет еще один дом на 126 квартир. Кстати, я тут просто припоминаю, что в Сургуте я жил в девятиэтажном доме примерно на 180 квартир, то есть это был по тем меркам достаточно большой дом. По нынешним меркам он буквально малоэтажечка.
Дальше, в Барсово еще будет 12 домов, в Белом Яру там будет 17-этажный дом — это, пожалуй, самое высокое, что мы здесь наблюдаем, — на 492 квартиры. То есть 17 этажей, 492 квартиры. И всего по КРТ в Барсово и Солнечном будет 17 домов на 1340 квартир. Если разделить, то в среднем получается по 78-79 квартир на один дом.
Справедливости ради скажем, что в это самое КРТ, естественно, нигде практически, а кажется, вообще везде, не вошли ни детские сады, ни школы, ничего подобного, о чем был разговор в самом начале. Но, как минимум какое-то благоустройство, парковки, приведение территории в порядок там присутствует.
Вот такое КРТ. Как тебе, Тарас, такие параметры комплексного развития территорий, если особенно их сравнивать с теми сургутскими примерами, которые мы постоянно обсуждаем?
Т.С.: Лично мне прекрасно, и думаю, что многим сургутянам тоже такой подход к застройке жилых районов импонирует больше, чем тот, который мы наблюдаем на протяжении многих-многих лет.
Д.Щ.: Неужто в Сургутском районе настолько больше территории, что они могут позволить себе делать такие небольшие дома? У нас же главный аргумент наших сторонников высотной застройки, что у нас земли совершенно не существует в Сургуте. Сибирь большая, отступать некуда.
Т.С.: Видимо, в данном случае применяется другой аргумент: в Сургутском районе меньше населения в пять раз, чем в Сургуте, соответственно, можно позволить себе работать с «малыми архитектурными формами». Правда, этот аргумент разбивается о пресловутую сургутскую агломерацию, которая насчитывает почти миллион человек и вписана в несколько концепций развития территорий. Которые на 100 лет вперед мы принимали, и Алексей Сафиоллин их делал…
Д.Щ.: Стратегии.
Т.С.: О, стратегия! Вот, «Стратегия-26», «Стратегия-36» и так далее. Везде Сургут прописан как центр большой крупной агломерации. А значит, речь идет не о том, что в районе строят меньшую этажность и меньшую плотность, потому что меньше населения. И мы видим, что вопрос агломерации здесь не учитывается. Иначе бы строили так же.
Какая разница, где жить человеку: сел на машину, на автобус, возможно, на какую-нибудь электричку в далеком будущем и приехал работать в город. Нет, здесь, видимо, мы имеем дело с другим подходом к оформлению и застройке земельных участков.
Разберем два аспекта. Вот, собственно, почему можно строить в одном месте так. Повторюсь, с моей точки зрения, это лучший подход, чем многоэтажные, на много тысяч квартир жилищные комплексы. И второй аспект: почему же все-таки без школ пресловутое КРТ даже на таком позитивном примере?
Давайте все-таки про то, что является жилищным строительством, и как это могло бы быть, и как это на примере Сургутского района реализуется. На самом деле он не изобретает, я имею в виду район, и в данном случае глава района Андрей Трубецкой, не изобретает ничего нового. Так застраивались все северные города, и пример тому... Сургут тому пример. Мы об этом говорили миллиарды раз.
Лучший микрорайон Сургута, с моей точки зрения, спланирован был в советские годы, в годы освоения Севера, и это микрорайон Энергетиков, представителем которого я являюсь. Не потому, что я его представитель, а потому что, объективно, мне кажется, он самый уютный, самый правильно спроектирован, самый такой, с одной стороны, свободный.
Нет плотной застройки, как, например, в микрорайоне Строителей или Нефтяников, кто понимает, о чем я говорю. Вот вам сразу же строились школы, множество детских садов, вся социальная инфраструктура: от магазинов до поликлиник, безусловно, парки, рекреационные зоны, спортивные сооружения. Вот вам типичный советский микрорайон.
Там есть одна проблема с таким подходом. Девелопер с квадратного метра или с квадратного гектара зарабатывает меньше. И проблема эта чисто девелоперская. Это не является проблемой муниципалитета. Вот то, что тот или иной застройщик заработает меньше, потому что здесь будет шестиэтажное строительство домов на 60 квартир, а не 30-этажное с подъездом только одним на 200 квартир, — это проблема девелопера. Это ни в коем случае не проблема муниципальных властей. И это не проблема жителей, которых загоняют в такие массовые жилищные комплексы.
Вот и все. Значит, каким-то образом Андрей Трубецкой может обосновать целесообразность возведения именно подобного формата жилья. Отсюда следует страшная вещь: значит, КРТ позволяет строить так. Значит, КРТ — это не обязательно гигантский жилищный комплекс с очень плотной застройкой, с очень маленькой квадратурой квартир. КРТ дает возможность любому застройщику делать красиво, уютно и, в общем-то, правильно.
Несколько лет назад я написал даже статейку. Меня занесло в один бывший советский город под названием Друскининкай...
Д.Щ.: Да.
Т.С.: Он тоже очень похож на Сургут чем-то, потому что выше пятиэтажных домов там нет. Но там еще есть какая-то царских времен застройка, деревянные какие-то особняки. А все остальное построено было в советские годы, почти такими трехэтажными, правда, пятиэтажками, как у нас на том же Строителе можно встретить, на улице Юности. Там стоит несколько капитальных домов, они трехэтажные.
И я прямо сделал фотографии, показал, как можно решить, как можно осуществить фасадное решение, как сделать за счет одинакового красивого остекления окна, балконы, как работать с крышей, как работать с пристройкой лифтов даже к трехэтажным домам. Получилось совершенно ликвидное, красивое, уютное, замечательное жилье, которое еще и вписано было, похоже на сургутский экстерьер, потому что Друскининкай — это тоже сосновый такой, место соснового бора, и, как микрорайон Энергетиков, как Нефтяников, там дома стоят прямо между деревьев. На Нефтяников уже не стоят, потому что все спилили после сноса Марией Павловной и Артема бульдозерами, построили и строят очередное вот это все высокоэтажное, массовое. Когда-то было так.
Я недавно я читал на каком-то ресурсе статью, возможно, и siapress.ru, и фотографии тех пятиэтажек, которые строятся в районе, они достаточно, мягко говоря, симпатичные. В любом случае это хотя бы не банальный подход к тому же фасаду. Я не знаю, что там внутри по квартирам, но если у тебя дом на 40, 60, 80 квартир не в один подъезд и не в 40 этажей, то мы уже понимаем, что это уютное жилье по сравнению с тем, что я только что назвал.
Все. Значит, можно.
Насчет территории: я думаю, что в Сургутском районе, несмотря на то, что географически, конечно же, он занимает большую площадь, чем город Сургут, но в населенных пунктах отведенной территории под строительство жилья, наверное, даже меньше, чем в Сургуте. Надо посмотреть, посмотреть эти цифры. В любом случае каждое муниципальное образование, будь то Солнечный, Белый Яр, Барсово, ограничено в своих границах.
То есть они не могут сказать, какой-нибудь поселковый совет: «Так, Андрей Трубецкой, мне тут не хватает построить жилищный комплекс на 800 тысяч квартир, давай-ка я немного у тебя как-то земли возьму». Оно так не работает. Муниципалитет работает со своей территорией, но под каким-то патронажем районного руководства, районной политики, в рамках районной политики. Вот мы видим результат.
Куда же делись из КРТ школы?
Д.Щ.: Давай уточним. В КРТ школ изначально никто не строил. Ни один застройщик еще не построил школу, то есть они в КРТ даже не появлялись.
Т.С.: Окей, откуда этот тезис о том, что при каждом КРТ должна быть школа, детский сад и вся социальная цепочка? Давайте разберем. Откуда это пошло? Кто это придумал?
Д.Щ.: Это изначально заявили, когда пиарили этот продукт, типа: вот мы сейчас будем строить ого-го как.
Т.С.: Значит, мы имеем дело с типичным чиновничьим продуктом, когда в бумаге написано одно содержание, при презентации озвучивается несколько более вкусное содержание, ни к чему потом впоследствии не обязывающее.
Я не могу сказать, что это плохо, но, может быть, чиновники искренне, городские или окружные, хотели бы таким образом принудить строительные компании расширить границы возможного и строить не только ликвидное коммерческое жилье, которое они продают в рынке, но и социальную инфраструктуру. Может быть.
Что мешает внести изменения в КРТ на уровне нашего региона, я тоже не знаю, не могу сказать, не компетентен в этом. Возможно, все-таки каждый регион работает в рамках минстроевских параметров, то бишь федеральных параметров. Это надо проверить. Может ли муниципалитет настаивать на том, чтобы девелопер строил социалку?
И тут давайте смотреть вот на что. Мы тоже об этом говорили несколько раз. Опыт сотрудничества муниципальных или региональных властей в части возведения тех или иных социальных объектов в целом и общем можно назвать малоудачным. Всегда строительство этих объектов сопряжено либо с финансовыми проблемами, либо с серьезными организационными проблемами. Собственно, вот с этими проблемами. Либо с логистическими проблемами.
Вот НТЦ в Сургуте. Что там? Почему буксует? Потому что нет логистики, не отстроена цепочка, последовательная цепочка всех действий, и подряды просто буксуют, не получая вовремя ни денег, ни проектов, ни оформленных документов. Вот бич наших строек, где участвует муниципальная или региональная власть.
И, наверное, по этой причине, я так понимаю, я слышал подобные разговоры, власти удобнее выступать просто прямым заказчиком тех или иных социальных объектов, втыкать эти объекты в те участки, которые власть считает необходимыми, даже если они попадают на территорию какого-то жилищного комплекса, и уже через подрядные отношения эти объекты возводить. Вероятно, такая ситуация.
Я лично не разделяю этого настроя общественности, требующей строить нам везде и бесконечно школы и детсады. Я не очень понимаю, почему у общественности запрос на социалку свелся только к этим двум видам социальных объектов. Мы тоже уже говорили много раз, и депутаты уже говорят некоторые об этой проблеме. До тех пор, пока население Сургута и Югры будет расти такими неконтролируемыми темпами, мы не напасемся никаких школ, никаких детских садов, никаких поликлиник и больниц. Это просто будет бесконечная гонка за недостижимым с одновременным ухудшением качества оказываемых в данных социальных учреждениях и объектах государственных и муниципальных услуг. Это очевидная вещь.
Посмотрим, к чему пришли некоторые страны Западной Европы в этом вопросе: они не успевают социально обслуживать непрерывно увеличивающееся население, приезжающее из других регионов и стран. Все. Невозможно решить эту проблему, не остановив миграцию: и законную, и незаконную. Это процесс-то общий.
Зачем, кстати говоря, у нас его разделяют и на подразделы: «А вот мы боремся с незаконной миграцией». Незаконной миграции быть не должно в принципе. С миграцией надо бороться. Надо ее поставить в нормальные контролируемые рамки. Это маленькое отвлечение я сделал для того, чтобы показать, что наш народ просто говорит: «Дайте нам школу, дайте нам школу!»
А вам не надо театра? Вам не надо территории, где вы не только детей в камеру хранения сдаете на 10 или на 12 лет, а как-то саморазвиваетесь, я не знаю? В какую-то галерею пошли, изучили современное искусство, вам экскурсовод провел небольшую лекцию, и вы на ступеньку своего развития стали выше. Вот не думают наши люди о том, что таких объектов в городе не хватает. Со школами мы как-то справимся более-менее.
А поскольку власти реагируют на этот социальный запрос, вот они и вписывают в каждую презентацию новых КРТ идею о школах, о садиках. Она как бы съедается быстрее, лучше переваривается общественным пищеводом, понимаете?
И здесь, имея опыт достаточно позитивный чисто по этажности, по плотности застройки, по фасадному и архитектурному решению домов жилых, по организации уличного пространства в Сургутском районе, о чем мы, с чего мы начали наш разговор этот, использовать этот опыт, распространить его, присовокупить к нему опыт очень восхитительный властей Когалыма, как они развивают городское пространство за счет каких социальных, культурных, научных, образовательных, то бишь не школ, а образовательных объектов, и внедрять его на территории города Сургута.
Д.Щ.: Кстати, в Когалым уже вторая федеральная сеть отелей заехали. Сколько их там в Сургуте?
Т.С.: В Сургуте вроде бы есть одна... Нет, в Когалыме есть филиалы национальных федеральных театров и музеев, входящих в топ лучших культурных учреждений не только России, но и мира. А в Сургуте этого нет. В Когалыме есть океанариум, а в Сургуте этого нет. Мы можем вот так сравнивать Сургут со многими муниципалитетами Югры, Тюменской области и Уральского федерального округа. И очень многие сравнения, увы и ах, будут не в пользу города. Поэтому надо пересматривать подход.
Трубецкой в районе делает ровно то, что делал бы любой здравомыслящий руководитель. Зачем мне огромные микрорайоны, с которыми власть не справится через 10-15 лет, в которых население с заезда с первого дня маргинализируется, дерется за парковочные места, выбрасывает мусор просто на лестничную площадку, оставляя там свои велосипеды, валенки, санки, коляски и мангалы? Зайдите в любой подъезд, вот зайдите в эти дома, посмотрите.
Если можно строить по-другому, решая те же самые социальные задачи. Там же еще есть одна цифра, какой процент выкупается сургутской властью, районной сургутской властью у застройщика. Аналогичные механизмы действуют везде, и в Сургуте тоже. Но я хотя бы слышу конкретную дату закрытия проблемы аварийного жилья в Сургутском районе. Вот она там называется. Андрей Трубецкой презентует губернатору эту строительную политику, в том числе как инструмент решения проблемы аварийного жилья.
Опять-таки аварийное жилье — оно же постоянно возникает, потому что амортизация жилья у всех объектов недвижимости происходит. Сегодня все жилье новое, через 25 лет оно старое. Вот надо опять кого-то переселять. Это другой вопрос.
В общем, конечно же, уход на малоэтажное строительство, причем радикально на малоэтажное. Теперь я бы уже говорил: о каких 16-этажках мы говорим? Нет. Четыре, пять, восемь этажей — вот высота того жилья, которое делает жизнь в городе комфортной. Каждый жилищный комплекс — это 100 квартир, 150, может.
И то это большой, по европейским, по мировым стандартам архитектурным, градостроительным, уже большой жилищный комплекс. Если мы не говорим о столицах, о крупных индустриальных центрах, которые обслуживают огромные корпорации, я не знаю, типа какого-нибудь огромного-преогромного предприятия, «Роскосмос», например, Байконур, еще что-нибудь, завод Volkswagen, понимаете?
Нет. А вот в таких городах, как Сургут, который считается не моногородом почему-то, надо строить вот так, как нам показывают на примере Сургутского района.
Д.Щ.: Да. Что ж, дорогие друзья, если вы согласны с тем, что мы здесь обсуждаем, ставьте лайки, пишите комментарии, мысли, суждения по этому поводу. Самое интересное, содержательное мы опубликуем на siapress.ru, как обычно. Там же будет находиться расшифровка нашего разговора. И до новых встреч, вскоре вновь услышимся. До свидания.
Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.